Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Мы воры-коммунисты ...

Мы - воры-гуманисты,
Меж нами есть артисты, талантливы, речисты,
Культуру шлют в народ.
И в жизни, как на сцене, способны к перемене.
И кто мы есть такие, сам чёрт не разберёт.

"... Так вот, воевали мы с Германией. Потому так легко пришлась с началом Великой Отечественной войны песня, сочиненная в 1915 году. В первой строке, дальше я не помню, пришлось изменить только одно слово на всякий случай.
Пелось в 1915 году и потом: «Вставай страна огромная, вставай на смертный бой с тевтонской силой темною, с проклятою ордой!». Ну, «тевтонской» заменили на «фашистской», а в остальном песня пришлась ко времени.
Так вот это песня Первой мировой войны.
Большевики во все времена были бездарны. Бездарность — это большевицкое качество.
Потому все песни, которые успели своровать, они своровали. Ну, многие песни вы знаете, наверняка. И юнкерская песня «Смело мы в бой пойдем за Русь святую и как один прольем кровь молодую», и «Каховка», и «По долинам и по взгорьям» — белые песни!
Но только лишь два или три года назад я узнал, что «Орленок» — это молодежная песня уральских казаков времен гражданской войны. У меня глаза на лоб вылезли.
Нет, они категорически ничего не могут. Но, тут песня действительно по смыслу подошла".
В. Махнач

В молодые годы я анализировал творчество советских композиторов и исполнителей 30-50 годов, т.н. "советский джаз", песни Утесова и др. исполнителей. В армии на боевом дежурстве по ночам делать нечего - вот мы и занимались всякими исследованиями.
Пытался понять секрет их популярности у советских людей старшего поколения. Оказалось, что вся эта музыка - сплошной плагиат, перепевки дрянного качества зарубежных композиторов. В основном американских. Более того, и в мои школьные шестидесятые и семидесятые годы советские композиторы и исполнители эстрадных песен не переставали этим грешить.
На пластинках фирмы "Мелодия" просто писали: неизвестный композитор.


Особенно грешил этим такой популярный в СССР исполнитель, как Эмиль (Рахмиль Яковлевич) Горовец, - у него по-моему, ни одной своей песни не было. Как только за рубежом появлялся хит - он тут же его перепевал. Текст впаривался свой, естественно. Зачастую к оригиналу не имеющий никакого отношения. На том и держалась вся их дутая популярность.
Не знаю, делились ли гонораром советские музыканты с зарубежными авторами.

Вот одна из таких песен-перепевок.


Я вот сейчас морщу лоб и напрягаю извилины - и не могу вспомнить ни одного эстрадного певца шестидесятых годов русского происхождения. Советская эстрада была полностью еврейской.
Мы, советские школьники и студенты, очень тонко чувствовали эту фальшь, и презирали и отторгали совецкую эстраду.
Всех этих кобзонов-мулерманов-хилей.
Видимо русские гены давали о себе знать. Слушали зарубежную музыку, а старшее поколение не могло понять причины отторжения "своего" и нашу любовь к английскому или американскому року. Из-за того частенько возникали конфликты.


promo alexsrb december 19, 2013 20:00 7
Buy for 100 tokens
ХИМЕРА Введенная в обиход Л. Н. Гумилевым категория «химера» относится, конечно, к этнологии, но проявляется, может быть, в наибольшей степени в истории культур. « Химерой» называется ложноэтническая общность, сложившаяся благодаря любому вторжению в этногенез. Это может…

Я иду тебе навстречу...

Не любил я ни советских песен, ни советской эстрады, ни советской музыки. Видимо на генном уровне душа не принимала эту фальшь: пахмутовых с добронравыми, кобзонов с лещенками, мулерманов с хилями.
Но были и редкие исполнители, обладавшие и вокальными данными, и пониманием песни.
Один из них, - это Сергей Дроздов, он мой ровесник. Мое поколение до сих пор помнит его песни: «Там, где клён шумит…», «Ты мне не снишься», «Я иду тебе навстречу», «Белый теплоход», «Горько!» и многие другие.
Всю свою творческую жизнь оставался за кадром, так как жил в Тамбове, а не в столицах.
Умер 18 ноября 2012 года. Похоронен в Тамбове на Донском кладбище.
Мы помним тебя, Сергей!






Трубный Зов

«Трубный Зов» — христианская рок-группа, основанная в 1982 г. в Ленинграде. Во время записи альбома лидеры группы подвергались преследованиям. После выхода альбома В. Баринов и С. Тимохин были арестованы и официально осуждены за попытку перехода границы СССР и Финляндии. Их задержали на вокзале поезда на Мурманск.
Бросили в подвал КГБ на год. Только почти через год музыкантов привели на суд в Прокуратуру Ленинграда, начав с обвинений в измене Родине, работе на Западные спецслужбы, записи альбома «чуждой нам идеологии» и «влияния на умы миллионов молодых людей СССР».
В подвале КГБ С. Тимохину офицер приставил пистолет ко лбу и сказал: «Имею полное право тебя беглеца, отщепенца, прихлебателя Запада, застрелить. Тебя ни Америка, ни Туманный Альбион не спасут! А сунутся, мы этот туманный остров одной ракетой уничтожим».
Сергей Тимохин рассказывал эту историю с дрожью в губах, курок был взведен, а офицер был попросту зомби. В кабинете КГБ сотрудник под знаменем и портретом Ленина поклялся дать миссионерам-музыкантам Трубного Зова «пожизненно», но в зале суда таких сроков у СССР не было. Дали для начала два года с обещанием продлевать срок уже на зоне. Их провели по самому жестокому этапу, поместили на «северные зоны».
СССР и КГБ думали о своей нерушимости надменно, и они упали, а «Трубный Зов» вышел на свободу, трубить о Христе по всему миру. Запись 1982 года.





Но То Цо - No To Co

На днях меня молодежь пишет-спрашивает: "... вы в своей Повести о любви пишете о польских группах, о музыке, которую слушали в семидесятые, что за группы, что за музыка, можете вспомнить?".


- Да, конечно я помню и большинство названий групп, и их музыку. И когда я писал "... Иногда мы ходили на концерты польских фолк групп, и на наших Песняров - это была совсем другая музыка", то я живо представлял и вспоминал музыку.


В этом мире не бывает случайностей. И неслучайно я в детстве и рисовал, а потом слушал именно эту музыку.
На мой взгляд, для музыкантов, как советских, так и из стран "народной демократии" это была возможность вырваться из плена коммунистичекого официоза и пропаганды, уйти к народным истокам. Поэтому-то и музыка у них была живая, народная, хоть и чуточку наивная.
Это как картины художников-примитивистов.
И недаром польская группа НО ТО ЦО посвятила свой первый альбом художнику-примитивисту Никифору Крыницкому, которого собственно звали Эпифаний Дровняк. Он жил в Карпатах в прошлом веке, и принадлежал к этническим славянам - лемкам. Вот лучший рассказ о нем, из тех что я нашел в интернете. Почитайте обязательно! Художник не от мира сего!
А это ссылка на художника из польской википедии.



Альбом группы No To Co под назвнием Nurifor, 1969 год.


Послушайте песенку польской группы No To Co и постарайтесь преветсти ее на русский язык, только, чур не пользуйтесь переводчиком!
Для славян особой проблемы не будет, смысл и красоту языка вы поймете - а это означает что у нас одна кровь, одна вера и один язык. Мы славяне - один народ.
Изумительное сочетание текста и музыки, особенно мне нравится импровизация соло-гитары в правой колонке. Мне тогда 17 было...


Tekst piosenki:

Gdzieś w dalekiej krainie
Napotkałem dziewczynę - Dimi
Oczy miała jak sarna
Trochę smutna, poważna - Dimi
Niosła pełen dzban wody
Ciepłym wiatrem smagana - Dimi
Nagle w słońca zachodzie
Przystanęła na skałach - Dimi
I taką ją widzę we śnie, moim śnie
[2x:]
Już jej chciałbym podarować cały świat
Wszystkie kwiaty i naszyjnik z gwiazd
Zieleń łąk, srebrzystość jezior, wielkość gór
I niepokój mój
Zanieś, wietrze, balladę
O miłości proste słowa
A gdy do niej przyjadę
Z gór mołdawskich ją sprowadź
Usiądź z nami nad brzegiem
Czarnomorski mój miły wietrze
I zajrzyj jej w oczy jak ja, tak jak ja
[2x:]
Już jej chciałbym podarować cały świat
Wszystkie kwiaty i naszyjnik z gwiazd
Zieleń łąk, srebrzystość jezior, wielkość gór
I niepokój mój
Autor tekstu: Aleksander Kawecki, Grzegorz Walczak
Kompozytor: Jerzy Krzemiński
Rok powstania: 1972
Wykonanie oryginalne: No To Co





Ребята наряжались в национальные польские костюмы, не стыдились, как советские граждане своих русских косовороток! Объездили всю Европу, были и в США и в Канаде.






Я не буду распинаться о Песнярах - о них много сказано. Послушайте, почитайте, подумайте...
Славянским группам в то время не было необходимости, как американским, что-то изобретать, вот оно своё, родное, чистая вода, пей не ленись!
Только вот гнобили, но везде по-разному: и если НО ТО ЦО разрешали распевать колядки на Центральном польском телевидении, то Песняров заставляли петь в обязательном порядке песни Александры Пахмутовой.

Все в мире повторяется, и сейчас много групп в России и в Восточной Европе возвращаютя к своим корням. Ведь опадают только старые листья и засохшие ветки, а корни остаются. Иногда слушаю музыку народных групп из России - и зависть берет. Столько у них технических возможностей появилось! И талант есть!



Как уезжал Буба Касторский

Оригинал взят у nasha_canada в Как уезжал Буба Касторский



Борис Сичкин, «Мы смеёмся, чтобы не сойти с ума» (отрывок из книги)

...Меня часто спрашивают, почему я, будучи популярным артистом, который хорошо зарабатывал, имел прекрасную трехкомнатную квартиру в центре Москвы, машину, дачу и пр., уехал?

В 1971 году меня по сфабрикованному обвинению посадили в Тамбовскую тюрьму. Впоследствии меня оправдали, дело было закрыто, работники прокуратуры наказаны, но до этого я просидел год и две недели в тюрьме, сыну в этой связи не дали поступить в Московскую консерваторию, в течение 2-х лет, пока длилось доследование, мне не давали работать, мое имя вырезали из титров фильма «Неисправимый лгун», в фильме «Повар и певица» меня озвучили другим актером и т.д. Короче, я понял, что страна игривая, в ней с тобой могут сделать все, что угодно, а особенно, учитывая, что у сына Емельяна - в меня - язык до щиколотки, который, как известно, доведет если не до Киева, то уж до тюрьмы точно, я решил удалиться от гнутой страны на максимально возможное расстояние. К счастью, после подачи заявления, если у меня и были какие-то сомнения по поводу принятого решения, то до боли родные, вездесущие подлость и хамство быстро их развеяли.
Мать моей жены с нами не уезжала, и, естественно, ее надо было обеспечить жилплощадью. Она была прописана с нами, но, поскольку оставаться одной в 3-х комнатной квартире ей бы не разрешили, я договорился на обмен - 2-х комнатная квартира с доплатой. Этот обмен должен был быть одобрен на собрании правления кооператива, членом которого я состоял.

Первым взял слово Николай Рыкунин (возможно, некоторые помнят, был такой эстрадный «дуэт Шуров и Рыкунин). Он долго говорил о Родине, о неустанной заботе о каждом из нас партии и правительства, о совершенстве социалистического строя, о том, что покинуть такую Родину и такой строй может только человек неблагодарный, у которого отсутствует совесть и т.д. Кстати сказать, Рыкунин с пеной у рта, задыхаясь от ненависти к Советской власти, рассказывал мне, что его отец до революции был помещиком под Москвой, добрым, гуманным человеком, заботившемся о крестьянах, далеким от политики. Большевики его, естественно, расстреляли, а жену с грудным младенцем выслали в Сибирь, где она была вынуждена просить милостыню, чтобы не дать умереть маленькому Коле Рыкунину.
Выслушав речь Рыкунина, я мягко попытался объяснить, что речь идет не о неблагодарном Сичкине, а о благодарной теще, которая не покидает Родину и имеет право на жилплощадь. Из первого ряда встал похожий на отца Врубелевского Демона концертмейстер Большого Театра Гуревич. (Худая фигура, изогнутая вопросительным знаком, крошечные злобные глазки и змеиные губы придавали ему особый шарм).
- Я не желаю присутствовать на концерте Сичкина! - выкрикнул он. - Запретите ему говорить! Я, как патриот, не желаю выслушивать речи отщепенца и предателя Родины?
- Не надо так волноваться, патриот Гуревич, - обратился я к нему. - Кстати, какие погоды были в Ташкенте в начале войны?
Гуревич:
- Пошли вы на ....
- Я не могу никуда пойти - идет собрание. - Вы против моей тещи, потому, что она русская?
Гуревич онемел.
- Да, а во время войны какие погоды были в Ташкенте?
- Сичкин, идите к ... матери!
- Я же уже вам сказал: я никуда не могу пойти, пока не кончится собрание. Всем известно, что громче всех кричит «держи вора!» сам вор, но работники наших органов люди умные и опытные, им ничего не стоит определить, кто патриот, а кто враг. Судя по вашему фальшивому пафосу, вы, видимо, очень виноваты перед Советской Властью, но успокойтесь: советский суд - самый гуманный суд в мире, и чистосердечное признание, безусловно, смягчит вашу вину. О, совсем забыл, а в конце войны какие погоды были в Ташкенте? - закончил я под хохот собравшихся.

Больше всех суетился композитор Марк Фрадкин. В отличие от Рыкунина, который выступал, так сказать, бескорыстно, просто желая подчеркнуть свои патриотизм и лояльность, Фрадкин имел конкретные виды на мою квартиру и развернул активную деятельность еще до собрания: он обрабатывал членов правления, запугивая их тем, как может быть расценена помощь врагу народа, с именем КГБ на устах ходил по квартирам, собирал подписи жильцов против моего обмена, короче, делал все, что было в его силах, чтобы помешать.
С Фрадкиным во время войны мы долгое время были в одной части, где он заслужил звание «самый жадный еврей средней полосы России». Впрочем, я думаю, это было явным преуменьшением, и он вполне был достоин выхода на всесоюзный, если не на международный уровень. Плюшкин по сравнению с ним был мотом. Покойный Ян Френкель, талантливый композитор и очаровательный человек, рассказывал мне, что Фрадкин постоянно уговаривал его зайти в гости, посидеть за рюмкой у его уникального бара. Один раз, когда они были около дома Фрадкина, тот его наконец зазвал, но при этом сказал:
- Ян, в баре все есть, но чтобы его не разрушать, а это произведение искусства - ты сам убедишься, купи бутылочку водки. Закуски навалом, но на всякий случай купи колбаски, если хочешь, сыра, ну, рыбки какой-нибудь и возьми батон хлеба.
В результате они сели у бара, выпили водку Френкеля, закусили его продуктами, а Фрадкин даже чая не предложил.
Collapse )

Военная песня

Мерцал закат, как блеск клинка.
Свою добычу смерть считала.
Бой будет завтра, а пока
Взвод зарывался в облака
И уходил по перевалу.

Отставить разговоры
Вперед и вверх, а там...
Ведь это наши горы,
Они помогут нам!

(Владимир Высоцкий)

овчар

П. П. Шереметев – Интервью

Граф Петр Петрович Шереметев


«Моя жизнь была посвящена красоте»
Петр Петрович Шереметев родился в 1931 году в Марокко. Архитектор, меценат, общественный деятель; ректор Парижской русской консерватории имени С. В. Рахманинова, основанной первой волной белой эмиграции по инициативе известного русского композитора и дирижера Николая Черепнина. П. П. Шереметев – председатель Российского музыкального общества в Париже. Также много лет он занимает пост председателя президиума Международного совета российских соотечественников, является соучредителем Ивановского кадетского корпуса, Ивановского университета образования и имиджа, президент «Шереметев-центра» в Иванове, Томске и Ярославле. Петр Петрович – кавалер Ордена искусств и литературы (Франция), кавалер Ордена дружбы (Россия), лауреат премии имени Людвига Нобеля, имеет Золотую звезду «Меценат столетия». Полный текст интервью опубликован в книге «Хранители наследия. Клубные беседы»*.

А. Новиков-Ланской: – Петр Петрович, род Шереметевых – один из самых значительных в русской истории. А при Романовых ваша семья была известна, помимо Романовых, как чуть ли не самая богатая в России. Что случилось с ней в эмиграции?

П. Шереметев: – Романовы, Шереметевы и Юсуповы обладали основными российскими землями и ресурсами. Но грянула революция. Многие были расстреляны, потеряли жизнь в боях Гражданской или в ссылках. Моя семья была под арестом в Москве семь лет. Их отпустили, не расстреляли. И мы смогли уехать. Громадное количество людей очутилось за границей нашей империи, поехало в Европу без средств, в тяжелых условиях и организовало свою жизнь во Франции.

– А почему во Франции?

Collapse )

Пропеллер, громче песню пой!

Как часто бывает среди русских, близких по духу  людей, разговор с френдом sasha1586   вроде-бы ни о чём. О строительстве моста. А торкнуло, пошли воспоминания. Вспомнилась и служба, и великие стройки. Ну а какая служба может быть без хорошей  песни? И какая нахер стройка?   Сербы косят - и то поют!
И я вспомнил одну такую песню, - строевую песню наших понтонеров, которую пели все рода войск в Советской Армии, вставляя нужные слова. Мы - связисты штаба КДВО вставляли такие слова:

На страже мирного труда
Стоят технические части
Чтоб не пылали города
Чтоб отстоять народам счастье
Пускай враги войной грозят
А мы идём спокойно глядя
Уверен я на каждый яд
Имеем мы противоядье

А вот один из первоначальных вариантов марша - текст для авиаторов:

Мысли Георгия Васильевича Свиродова о русском искусстве

Я хочу говорить так, чтобы меня понимали, понимали смысл того, о чем я хочу говорить. Я хочу, чтобы меня, прежде всего, понимали те, кто понимает мой родной язык. Стучусь в равнодушные сердца, до них хочу достучаться, разбудить их к жизни, сказать о ней свои слова, о том, что жизнь не так плоха, что в ней много скрытого хорошего, благородного, чистого, свежего. Но слушать не хотят, им подавай “Вальс” из “Метели”...
Те же, кто считает себя знающими любителями искусства, с ними мне совсем нечего делать. Их интересует искусство – как побрякушка, секрет которой им потребно разгадать, и в этом – все их удовольствие. О какой-либо сущности искусства нет и речи, наоборот, ценится “искусство” без всякой сущности, без души, без восторга.
“Мира восторг беспредельный – сердцу певчему дан”. Это – и есть драгоценная ноша художника, драгоценный божественный изначальный дар. Без него искусство мертво,это всего лишь пустая побрякушка. Она может быть примитивно-простой или замысловатой, это не играет никакой роли;и в том и в другом случае она не содержит в себе жизни, ибо великое искусство всегда живое искусство именно.
Теперь же часто производится и усиленно насаждается искусство от рождения мертвое, игра ума при сухости
сердца. Между тем, Великие творцы напоены, можно сказать, божественным восторгом, вспомните, например,
Вагнера или Мусоргского.
Занимаясь отбором песен для кинофильма “ 10 дней, которые потрясли мир”,я выяснил достоверно,что Революция (не только октября 1917-го) и все революционное движение на протяжении десятков лет, не создали ни одной своей песни. Все песни Революции – это немецкие, французские (Варшавянка, Интернационал), польские и т.д. песни.
Ни одной песни Русской: “Беснуйтесь, тираны”, “Смело, товарищи, в ногу”, “Красное знамя”, Марсельезы
разных родов. Ни одной своей ноты и, кажется, ни одного русского слова. Это – не только удивительно. Россия и Революция оказались духовно несовместимыми.  А сама Революция – по выражению Блока – оказалась совершенно “не м у з ы к а л ь н ы м ” явлением.  Тексты песен принадлежат, большей частью, еврейским авторам. Родоначальником этой поэзии в России оказался Надсон с его нытьем и абсолютным отсутствием поэтического видения мира.
*   *   *
Современный театр:Ефремова, Покровского, Эфроса, Любимова и tuti guanti. Царство вульгарности. Изгрязнили, загадили все русское: драму, оперу, поэзию, музыку, все, все!

*   *   *
Вы люди принципиальные, в этом Вам не откажешь, Вы насаждаете в России шенбергианство, колонизируете
нас по заветам Ант. Рубинштейна, который также насаждал здесь мендельсоновщину. 
Возможно, что Вы и подобные Вам люди, делающие похожее в других  областях жизни – обратите Русских в колониальный, бесправный народ (и сейчас он – полубесправный) без веры, без Бога, с выборочно дозволенной собственной культурой и историей, с оплеванным прошлым и неясным будущим.
Тогда – Вы будете на коне и силой утверждаемые насаждаемые Вами кумиры обретут известность, но все равно никогда не обретут любви.
Но возможно и другое, возможно что Вам не удастся попрать и окончательно унизить достоинство Русского человека, тогда Вы будете названы своими именами.

(Дневники. Из тетради 1982 года).